Скоро Распутина стали называть «другом» царской семьи. Держал он себя с царем и царицей свободно и даже несколько бесцеремонно, называя их попросту Мама и Папа. Императрица Александра Федоровна буквально боготворила его, называя в письмах к Николаю II не иначе как «Наш Друг», «этот святой человек», «Божий посланник».

Григорий этим расположением умело пользовался. «Наследник будет жив, покуда жив я», – утверждал сибирский «пророк». Впоследствии он заявил даже: «Моя смерть будет вашей смертью».

Сам же царь Николай II махнул на все это рукой: «Лучше один Гришка Распутин, чем семь скандалов на дню», – рассудил он.

Впрочем, постепенно и царь все более начал доверять Распутину. Вдохновленный этим доверием, и понимая, что смещение Николая II оставит его без покровителя и неминуемо приведет к опале и судебному преследованию, в беседах с царской четой он постоянно напоминал о возможности государственного переворота.

В это время великий князь Николай Николаевич, назначенный верховным главнокомандующим, сконцентрировал в своих руках большую власть. Он требовал от министров отчитываться непосредственно перед ним, минуя царя, активно продвигал на различные государственные посты своих сторонников. Его также поддерживала часть высшего духовенства.

Видя это и опасаясь чрезмерного усиления влияния великого князя, Николай II сместил его с поста верховного главнокомандующего. После этого последовала резкая реакция министров – они написали письмо царю с просьбой изменить свое решение. Однако тот остался непреклонен и решения своего не изменил.




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *