Здесь постоянно жили Фотиева, Димитров, Поскребышев, Землячка, Аллилуевы, Кобулов, Чубарь, Стасова, Косарев, Лысенко, Стаханов, Хрущев, Микояны, маршал Тухачевский, маршал Жуков, дети Сталина, приемный сын Ворошилова, принц и принцесса из Лаоса и многие другие знаменитости предвоенного и послевоенного времени.

Здесь же в конспиративных квартирах скрывались шпионы-нелегалы, работавшие на СССР и отсиживавшиеся в Москве некоторое время после провала или перед очередным вояжем за рубеж. А потому некоторые квартиры на самых верхних этажах на всякий случай имели запасные выходы на чердак.

Семья Федотовых попала в этот дом потому, что отец Левы – Федор Каллистратович – одно время занимал довольно крупный пост в правительственных структурах советского государства. И хотя он трагически погиб на Алтае задолго до войны, семью его в память о заслугах оставили жить в правительственном доме.

Таким образом, Лева Федотов был не таким уж обычным парнем с улицы. По воспоминаниям Трифонова, вообще их было четверо друзей: Лева Федотов (он же Левикус, или Федотик), Олег Сальковский (Салик, или Мужик Большой), Михаил Коршунов (Михикус, Мистихус, Стихиус или еще Химиус) и Юра Трифонов (Юрискаус). Они жили в одном доме, учились в одной школе и в одном классе. Вчетвером, под предводительством Левы, ребята упорно искали подземный ход в Кремль. Он, самый маленький и щуплый, бесстрашно шел первым по узким подземным коридорам, залам, вместе с друзьями осматривал страшные камеры с крючьями и кольцами на потолке.

Однажды он застрял в узком проходе, и друзья еле вытащили его назад. Но это происшествие его, похоже, ничему не научило. Спустя несколько месяцев Лева записал: «В первый же подходящий вечер я решил один слазить в подземелье, чтобы исполнить все-таки то, что задумал еще летом».

Но попасть в кремлевские подземелья ему так и не довелось. На дверях, ведших в подземелье, уже висел огромный кованый замок.

«Он был так не похож на всех! – писал о своем друге Трифонов. – С мальчишеских лет бурно, страстно развивал свою личность во все стороны, поспешно поглощал все науки, все искусства, все книги, всю музыку, весь мир, точно боялся опоздать куда-то… Я пристрастился к писанию романов благодаря Левке… Он был известен в школе как местный Гумбольдт, как Леонардо из 7-го “Б”».




Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *